Сказки и быль

Объявление


Приветствуем Вас на словесной ролевой игре по мотивам книг Владислава Крапивина.
Даже если вы пока еще не знаете, что такое Кристалл и Дорога, Вам нужно всего лишь ознакомиться с Матчастью. После этого Вы сможете без труда ориентироваться в мире, созданном АМС на основе "Вселенной Крапивина". Прочтите Правила, заполните Анкету - и в путь, через Безлюдные Пространства в славный город Аркан. Пограничники-койво, наделенные способностью проникать в иные миры, лоцманы-проводники, взрослые, не забывшие, как сами были детьми, и просто девчонки и мальчишки, какими когда-то были мы с Вами - всем найдется место в нашем игровом мире. Оставайтесь с нами, будет интересно.


У нас:
  • Дата: летние каникулы, с июня по август.
  • Погода: традиционная для этих широт. Тепло и даже жарко, солнечно; дожди выпадают редко, в основном слепые, после которых в полнеба радуга. Теплая вода в лимане и речках, нагретый солнцем песок пляжей, огромные ночные звезды, горячий ветер, пахнущий степными травами. Благодать, да и только.
  • Основные игровые события:
    Кто сказал, что девчонки не любят приключения? Еще как любят! Подружки Зойка и Инка с удовольствием докажут вам это. Их ведь хлебом не корми - дай только ввязаться во что-то загадочное и захватывающее. А вот Дан с Пеплом, может, и не хотели бы оказаться непонятно как неизвестно где, но их мнения об этом никто не спросил. Результат - знакомство с братом Алексеем, с механиком Лаевским и его подопечным Лето, прикосновение к их тайне. Что будет дальше - узнаете сами. Читайте нас, присоединяйтесь к игре и приключайтесь вместе с нами!
  • Информация о пользователе

    Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


    Вы здесь » Сказки и быль » Архив » Эхо минувших войн.


    Эхо минувших войн.

    Сообщений 31 страница 49 из 49

    1

    1. Время действия: 10 июня, ночь.

    2. Место действия: биостанция.

    3. Погода: тепло, полнолуние

    4. Действующие лица: Дан, Пепел, возможно - НПС.

    5. Синопсис: "бойцы вспоминают минувшие дни"(с).

    6. Необходимость и степень мастерского участия:  не нужно.

    Ключ Дана

    http://sa.uploads.ru/t/YLdzS.png

    Пират

    http://jpe.ru/1/max/210610/32c6mu21lq.jpg

    Повариха Тома

    http://s010.radikal.ru/i312/1503/68/90495b328b21.jpg

    Эпизод завершен.

    31

    Значит, Пепел. Из-за цвета волос или не только из-за него? Крайнц не любит фанатиков. Использовал в свое время, но не любил и тогда. Он и сам был фанатиком раньше, разве нет? Нет. Иначе не смог бы уйти из системы. Иначе до сих пор верил бы, что все, что он совершал,  было необходимостью  во благо страны. Фанатик не воспринимает мир критически, он видит окружающую действительность через призму своих или внушенных ему убеждений.
    Тадеуш прокручивает  в голове мысли  и одновременно сосредоточенно   слушает краткий рассказ   Дана, но смотрит не на него, а чуть в сторону, словно сквозь мужчину. Он слышит слова, но суть рассказа сейчас не так важна. Крайнц прислушивается не к словам, а к эмоциям Дана. К мыслям, что мечутся на поверхности. Дан слишком громко думает о том, что лжет.  И Тадеуш знает, что рассказ – ложь.  Кроме самой первой фразы. Дан и Пепел, действительно, познакомились сегодня утром. Сегодня утром. И еще правда про  лодку Пепла и туман. Одеты оба слишком необычно для местных.  Не настолько, чтобы их заподозрили, но и в толпе не затеряются. Первое правило – не выделяйся. Идеально – чтобы на тебя не хотелось взглянуть второй раз, чтобы при всем желании не смогли описать. Это искусство самому Крайнцу давалось плохо. Но за линией фронта не имело значения. Он не работал в тылу противника.
    И, тем не менее,  Дан Крайнцу неожиданно нравится.
    - Ничего удивительного, - кивает Крайнц, выслушав рассказ, - Вам еще повезло, что не разбились о скалы и не утонули. И что с человеком, знающим здешние места, встретились, - он кивает в сторону Пепла, -  Туманы здесь в это время года опасные.
    Задумчиво он потянул из коробки следующую папиросу. Смял мундштук, чиркнул спичкой. Что мы имеем. Предположительно, эти двое  с разных граней. Чуть отличаются по выговору. Одежда… если у них разная специализация, могут быть одеты соответственно профилю. Нет, не этот случай. Дан не с моей Грани. Пепел?.. При том, что в теории существовало бесконечное количество Граней, Тадеуш был уверен, что любая случайность -  неосознанная закономерность. Даже обладая тренированной зрительной  памятью и имея в свое время доступ к личным делам сотрудников шестнадцатого отдела, он не мог сказать с точностью, что знает всех «мальчиков» полковника Корвина. Здесь прошло два года, там могло пройти гораздо меньше времени… или гораздо больше. Сколько Пеплу лет? Восемнадцать? Двадцать? А койво, пройдя обработку в Корпусе и военных училищах,  поступали на службу примерно в этом возрасте.
    Удивляло другое. Отчего в таком случае боевик не ликвидировал его сразу же? Надеется, что Крайнц выведет его на Юлиуша? Что мешает ликвидировать более опасного противника, а затем спокойно найти мальчика. Правда, есть еще Дан. Ненужный  свидетель. Удобный союзник, которого можно и устранить потом.  Нет, что-то тут не складывается.
    Пепел сосредоточенно курит. Дан улыбается и снова предлагает помощь, весьма примечательно запинаясь при этом. И Тадеуш принимает решение.
    - Тогда предлагаю вернуться на биостанцию. Вначале ужин, потом посмотрим мотор. Пепел, вы с нами или останетесь здесь?

    Отредактировано Тадеуш Крайнц (2015-01-19 11:58:55)

    32

    Пепел с унылым (сам он полагал его задумчивым) лицом посасывал трубку. На замечание о "знающем здешние места" не отреагировал - внешне. Но мысленно полелеял паранойю. Идея о том, что работники биостанции могли тихонько сдать странных типов местным правоохранителям постепенно переставала выглядеть в его глазах абсурдной. Впрочем, Лаевский вел себя хотя и крайне подозрительно, но мягко, и пока что желания взять его за пуговицу и печально заглянуть в глаза не вызывал. Даже если у него и правда такая работа.
    Пока что. Йорик выпустил колечко дыма и заметил (уже не видя смысла что-то особо скрывать - надо будет, пусть напрямую спрашивает, пес с ним):
    - Что важнее, знающего мореходство.
    Мореходство Пепел знал. Невозможно с семи лет жить на Островах и не выучиться мореходству - если только ты не паралитик, конечно. Мореходство на Архипелаге нечто большее, чем промысел или спорт - это национальное достояние, можно сказать. То есть, конечно, вряд ли он годился в капитаны дальнего плаванья, но управиться с рыбацкой тартаной или легкой каботажной шебекой он вполне мог - хотя бы потому, что управление первой входило в общеобразовательную программу Гимназии. Конечно, сперва с прогулок в роли пассажира и теории, потом - юнгой, и уж потом...
    Но кто мог переспорить Масиака, который твердо было уверен, что в свои двенадцать он готов стоять у штурвала? Ну и остальным-то уж, разрешив одному, не запретить...
    Пепел выпускает еще кольцо, опять поймав себя на том, что перестал контролировать волны своей памяти. Это было плохо. Конечно, эта цепь ассоциаций заняла-то секунду, и контроля над внешней ситуацией он не терял, но невозможность управлять своими мыслями почиталась его наставниками не самой хорошей вещью. "Ты не всегда властен над своими чувствами" - говорила Лесса - "но всегда можешь управлять мыслями. Давай я покажу, как..."
    Пепел вспоминает уроки. Он сосредотачивается на окружающем.
    Итак, Дан решил отработать еду и ночлег, что характеризует его с лучшей стороны. Сам Пепел в технике был не то чтобы ни в зуб ногой, но по сравнению с Телем, конечно, убог - так, что даже не пытался овладеть тонкостями, хотя с радостью вникал, когда тому хотелось поделиться очередной гениальной идеей. Понимал, конечно, с пятого на десятое. О чем честно заявил:
    - Я годен разве что инструмент подавать. Или развлекать музыкой в процессе. Впрочем...
    Йорик берет рюкзак и поднимается. Нацепив сперва его, он подбирает и гитару.
    - Посмотрим.
    Оставлять Дана наедине с Лаевским ему совершенно не хочется. Ну да, паранойя, но кто его знает. Лучше быть там, чем потом грызть локти, что схалатничал и не проверил.

    33

    -Вот! - совершенно искренне обрадовался Дан
    - Пепел, да ты же просто бесценный кадр!
    Он даже подмигнуло Лаевскому. Выражение лица механика показалось ему мрачным и напряженным.  То ли  отблески пламени костра делали его таким, то ли тот действительно обдумывал нечто такое, по сравнению с чем признание Пепла в полной своей технической некомпетентности было забавным младенческим лепетом.
    - Особенно если знаешь названия инструментов. Если  тебе не придется объяснять, что ключ на  шесть - это вот такая, - капитан очертил пальцем в воздухе контур гаечного ключа, - штуковина, с плоской балдовиной с выемкой. Хотя... Лаевский, а как вы отнесетесь к развлечению нас музыкой в процессе? Позволим юноше стать нашим штатным бардом и менестрелем, аэдом и рапсодом в одном флаконе?
    Дан совершенно не подумал, что обитателям иных Граней  такие персонажи, в том числе из мифологии, могут быть неизвестны. Или называться тут они могли как-то иначе, что в сущности дела не меняло и  от чего терминология не стала бы более понятной.
    Вслед за Пеплом он поднялся с земли. Огляделся по сторонам. Ничего  подходящего для того, чтобы набрать воды и залить костер, поблизости не было. Можно, конечно, было поступить так, как они делали в детстве: воспользоваться самым что ни на есть простецким, естественным и всегда доступным способом, называвшимся у них "гасить по-мужски". 
    - Подождите меня, схожу в сарай, притащу какую-нибудь емкость, чтобы воды набрать. Костер таким оставлять нельзя, загасить надо.
    Не дожидаясь ответа, двинулся в сторону сарая, оставив Пепла наедине с механиком. Сделано это было вполне сознательно, с тайной мыслью о том, что, возможно, с глазу на глаз Пеплу будет чуть проще присмотреться к Лаевскому. Может, как-то прощупать его. И наоборот.

    34

    - И знающего мореходство, - спокойно соглашается с Пеплом Тадеуш. Ничего странного. Город приморский, отчего бы местному жителю и не знать море и опасные места на побережье. Тем более, вблизи города.
    Итак, оба изъявили согласие идти вместе с ним. Иного Крайнц и не ожидал. Он не спеша поднялся  с песка, подхватил рюкзак. И все же улыбнулся оживившемуся Дану. Совсем чуть-чуть, словно забыл, как именно это делается. Он не совсем понял, кем именно предлагалось стать Пеплу. Слова «бард»  и «менестрель» были знакомы. Вероятно, остальные два означали примерно то же самое. Но это ни о чем не говорило. Слова могли быть и известны в Аркане, просто находились за пределами интересов самого Крайнца.
    - Я люблю музыку, - сообщил он. И впрямь любил. Принес на службу небольшой приемник и во время работы слушал местные записи концертов. Несмотря на изолированность маленького мирка, с музыкой здесь все обстояло очень неплохо. Множество записей, как он понял, сохранилось с тех времен, когда Аркан был частью большого мира. То, что здесь называлось классикой, сохранилось и многократно исполнялось местными музыкантами и певцами. Может быть, среди них и не было гениев, но и Крайнц не был снобом. Разве что предпочитал все же классическую музыку. Из любви к самоедству, не иначе. Не находилось по радио ничего подходящего – пел сам. Убедившись, что поблизости от ангара, в котором была оборудована мастерская, нет никого из сотрудников.
    Дан же, вспомнив о костре, отправился поискать подходящую посудину для тушения огня. Тадеуш едва заметно пожал плечами, проводив взглядом скрывазшегося в темноте летней  ночи «переговорщика». Поиски – удобный предлог оставить Пепла и меня вдвоем. Что ж, так даже лучше. Сказать начистоту, Крайнцу уже начали надоедать эти шпионские игры.
    - Вы мне не доверяете, Пепел. Я вам тоже, - негромко произносит Крайнц, - У меня есть на то причины. Думаю, свои причины есть и у вас. Вы ведь совсем недавно здесь, верно? С сегодняшнего утра.
    Он смотрит в лицо седого парня, подчеркнуто не обращая внимания на руки того. Швырнет рюкзак или гитару – перехватить или уклониться. Оружие? Надо еще достать. Ближний бой? Перехватить руку и один болевой импульс. Знать бы еще, что у него за способности... Но более всего Крайнц надеется, что ничего этого не понадобится. Что все закончится короткой – или не очень – беседой.
    - Вы – с другой Грани? Вы обладаете некоторыми необычными способностями. Здесь таких как вы - и таких как я и Дан - называют койво. Да, кстати, - вот теперь Крайнц улыбается, -  я не из системы, интерес у меня исключительно  личный. Шкурный, можно так сказать.

    Отредактировано Тадеуш Крайнц (2015-01-26 11:48:56)

    35

    Дан проявляет немного напрягающий Иеремию энтузиазм, но он молчит. Илай выглядит внушающим доверие и обаятельным, в отличие от него самого - пусть будет хорошим и ответственным парнем... чересчур болтливым, пожалуй; Впрочем, если у него правда амнезия...
    Дан убежал за водой для тушения костра (не будь тут Лаевского, Пепел бы просто засыпал огонь влажным песком), и тут всё завертелось. Да, глупо было думать, что подобные факты удастся скрывать хоть сколь-нибудь долго. Пепел напрягается, готовый действовать, но Лаевский не проявляет особой агрессии. Конечно, глупо верить ему вот так сразу, но даже четыре года войны не научили Пепла бить "на всякий случай", по тому, про кого еще неизвестно, враг ли это. Там он мог себе это позволить, как правило. А здесь? Здесь, на мирной, вроде, Грани, где "таких, как он", называют незнакомым словом "койво", а государственную структуру именуются емким словом "система"?
    - Положим, я вам верю. В таком случае я не собираюсь ничего отрицать, потому что если вы тот, за кого себя выдаете, то всё вполне очевидно. Если же вы и правда не из... системы... - Йорик запнулся - Во что я пока не до конца верю, то... выкладывайте ваш "шкурный интерес". Надеюсь, вы не лжете. Не то, чтобы я до глубины души презирал сексотов, но местные работники казались не из той породы людей, что может навести охранщика на двух туристов.
    "Сексот" было имперским словечком, "охранщик" - униатским; интересно, понятны ли они на этой Грани? А то вот, скажем, кто такие аэд и рапсод Пепел отлично понимал, но слова "бард" и "менестрель" слышал впервые.
    Хотелось, конечно, чтобы Лаевский и правда оказался не из "системы". Пепел знал общество, которое отлично обходилось без "сексотов". На Островах они, как класс, практически не существовали, из-за крайне эффективной системы Рук Закона - не зря именно под них предпочитали мимикрировать Те, небытие им вечное. И опять же, не то, чтобы Пепел презирал охранщиков, но всё-таки мысль, что кто-то навёл, была крайне неприятной. Грань эта, что ли, сразу делает из людей неисправимых идио... то есть, оптимистов?
    Пепел стоит прямо, отросшие волосы с его лба откинул ветерок, и смотрит в глаза Лаевскому. Спокойно и уверенно, но в них видна какая-то затаенная боль... и, в то же время, ирония. На плечах его рюкзак, в левой руке - чехол с гитарой, а в правой - полупогасшая трубка, про которую он совершенно забыл.

    36

    Пепел на взводе, но действовать тоже пока не торопится. Это облегчает задачу и слегка успокаивает, но Крайнц не спешит расслабляться.  Седой боевик бросается весьма любопытными словами. «Сексот», «охранщик» - Тадеушу неизвестны точные значения этих слов, но по контексту догадаться об их смысле не составляет труда.  А о чем это говорит? О том,  что Пепел не понаслышке знаком с системой, где слежка и донос – обычное дело. Сыграть полную неосведомленность в таких делах не получится, он уже сказал слишком много. Да и ни к чему. Надо же,  как им «повезло» - мало, что наткнулись друг на друга, так еще седой ухитрился  заподозрить, возможно,  единственного человека в Аркане, который вообще поймет – в чем именно его подозревают. А кстати, подозревать осведомителей во всех  подряд скорее всего будет тот, кто и сам неплохо знает подобную систему изнутри.
    - Разумная предосторожность.  В нашем  положении – паранойя не самый плохой диагноз, - Крайнц и не думает шутить, -  Вынужден разочаровать. Я именно тот, за кого себя выдаю. Механик биостанции. 
    - И, простите, зачем работникам биостанции  кого-то там на вас наводить? – с искренним  любопытством спрашивает он, - Если хотите остаться, то здесь имеется служба адаптации для тех, кто переселился в Аркан с других Граней. Кстати, их номер телефона можно найти в любой телефонной книге.  Это маленькая мирная Грань. Здесь живут добрые, отзывчивые люди. И жизнь здесь  спокойная и размеренная.
    Впрочем, Крайнц всегда считал, что  эта Грань вовсе не край наивных ромашек, какой кажется на первый взгляд. Например,  та же  специальная служба адаптации «переселенцев» с других Граней – Тадеуш в свое время добровольно попал в ее поле зрения. Может быть,  она и отпочковалась от какой-нибудь безобидной социальной службы, но Крайнц был уверен, что эта захудалая конторка в заросшем травой и лопухами тупичке связана именно с системой.
    - Так что лгать вам мне смысла нет. Откровенность за откровенность, Пепел, - предлагает он, - Зачем вы здесь? Я не спрашиваю, как и откуда  вы сюда попали. Почему именно в Аркан? – Крайнц смотрит в глаза Пеплу чуть расфокусированным взглядом.

    Отредактировано Тадеуш Крайнц (2015-02-08 15:32:01)

    37

    - Затем, что паранойя - не самый худший диагноз. - Малость расслабившись, отвечает Иеремия на вопрос, зачем бы кому-то его сдавать на мирной и тихой Грани. - А за информацию - спасибо. Надо подумать.
    На второй вопрос ему ответить несколько сложнее, но уж если пошла игра в открытую, то и пес с ней, с конспирацией. Лаевского теперь он, впрочем, подозревает в том, что тот и сам с другой Грани, удачно устроенный этой самой службой контроля странников Кристалла - с ума сойти, насколько же тут всё обставлено... вот тебе и маленькая мирная грань. Впрочем, может, потому всё спокойной и открыто, что она - маленькая и мирная, а туристы, рожденные под другими звездами здесь явление обыденное? Однако же, отвечать всё равно надо. Пепел продолжает быть честным:
    - Я не умею переходить между Гранями, и Проводника у меня тоже не было. Мне повезло найти морской участок Дороги, только и всего. Мне, по чести, было неважно - куда вынесет, туда и вынесет. Вынесло сюда. Может, у мироздания на это есть причины... у меня - нет.
    Иероним пожимает плечами. Слегка. Потому что всё-таки рюкзак, гитара, и трубка, чтоб ей. Пепел аккуратно кладет кофр и выбивает трубку на морской песок.
    - Так в чем ваш интерес, говорите? Только в этом?
    Может быть, только в этом. Лаевский в глазах Йорика, по сути, расписался в собственном "пришельчестве", а что человек он непростой - ясно давно. Мало ли, каких вестей он мог ждать от юнцов со шрамами на лбу... что, впрочем, совершенно не его, Йорика, дело. Пока что, во всяком случае - и есть надежда, что так оно и останется.

    38

    Пепел не лжет. Крайнц чувствует это. А большего ему пока и не нужно. Он не собирается узнавать, с чего вдруг седой парень ушел в свободный поиск. Без лоцмана, наудачу. Это не его дело. Его даже не особенно беспокоит, что Пепел мог – и должен был – заподозрить, что его собеседник такой же пришелец с другой Грани. Лучше быть в его глазах пришельцем, чем сотрудником системы. Пусть и то, и другое  правда. Прошлая… вернее, уже бывшая правда. Но первый вариант спокойнее. Хотя Тадеуш отлично знает, что военное прошлое так легко не вытравить. У него здесь до сих пор интересуются временами, не служил ли он раньше в полку морской пехоты, расквартированном в Аркане. Но откуда седому знать, что этот полк тут один  на все города.
    - Да, мой интерес именно в этом.  Я уже говорил, это тихая Грань. И моя жизнь здесь размеренна и спокойна. Даже скучна временами. И мне хочется, чтобы она такой и оставалась.
    Он и впрямь обнаружил, что ему нравится деятельная скука. Нравится определенность, нравится, что он знает, чем будет заниматься сегодня, завтра или через неделю. Это днем. А по ночам он подолгу не может уснуть, прикидывая, забыли ли о них или еще нет и обдумывая варианты. Хорошо еще, что уже больше года, как перестал постоянно носить с собой пистолет. А то не исключено, что этим вечером сначала бы стрелял, а потом разбирался.
    - Это основное, а в частности… Здесь не часто встретишь новое лицо, а я  любознателен. Но еще я хорошо воспитан и не задаю лишних вопросов уставшим людям, с которыми только что познакомился. Так что давайте дождемся Дана и пойдем ужинать.  Надеюсь, вы отыщете здесь то, что отправились искать, - задумчиво добавляет Крайнц, делая вид, что не слышит намека. Впрочем, может,  никакого намека в словах Пепла и нет.

    39

    Попасть внутрь сарая оказалось не так-то просто. Крупный серый лохматый пес неизвестной науке породы перекрывал подходы к нему. Он, вроде бы, был полностью поглощен жизненно важным занятием - истово выгрызал блох. Однако заслышав шаги Дана, чуть шевельнул ушами, громко клацнул зубами и обернулся в его сторону.
    - Привет, Бобик, - как можно более дружелюбно поздоровался с ним Илай. - Внутрь пустишь?
    Фамильярность псу не понравилась. Он коротко рыкнул и оскалил зубы.
    - Понял, ты не Бобик. Рекс? Джульбарс? Ингус?
    Ни одно из названных имен не пришлось  лохматому по вкусу. Он глухо заворчал и смерил чужака недовольным взглядом.
    - Ладно, красавец. Поищем другой способ стать друзьями.
    Не спуская глаз с собаки, Дан отступил  в сторону. Пес не пошевелился, не изменил позы. Похоже, преследовать незнакомца он не собирался. Илай неторопливо двинулся к столовой.
    - Не понравился я одному из ваших сотрудников, - с порога пожаловался он поварихе.
    - Это кому же? - удивилась женщина. - Неужто Лаевскому, механику нашему? Он вернулся уже?
    Скорее всего, и ему тоже.
    - Вернулся. Мы с ним даже уже познакомились. Хотим ему с ремонтом помочь немного. Должны же мы с товарищем хоть чем-то отблагодарить за гостеприимство.
    Илай обезоруживающе улыбнулся.
    - Мы там на берегу у костра сидели. Пора бы его и погасить уже - вот я и пошел в сарай за какой-нибудь  емкостью. Воды набрать, чтобы огонь залить. Травы сухой там вокруг слишком много, чтобы просто так оставлять кострище. В сарае видел ведро, думал им воспользоваться. А меня туда не пустили. Большой такой... начальник. Блохастый.
    Повариха рассмеялась.
    - Это Пират. Он только к незнакомым настороженно относится. А так вообще характер у него добродушный.
    - Ну вот я сюда и пришел за средством для налаживания дипломатических отношений.
    Из столовой Дан вышел с котлетой, уложенной между двумя кусками хлеба.
    - Ну что, Пират, - пес уже закончил с личной гигиеной и явно собирался отойти ко сну, но услышав свое имя, снова сел и уставился на мужчину.
    - Давай дружить.
    Искушать судьбу в лице Пирата капитан не стал. Он деликатно положил половину бутерброда с котлетой в шаге от него. Тот шумно потянул носом воздух, смерил Илая уже менее недоверчивым взглядом и медленно подошел к еде. Видимо, его собачья логика сработала в пользу Ильина: раз тот принес бутерброд из столовой, значит, его можно считать своим.   Вторую половину угощения Пират взял с ладони Дана.
    - Будем знакомы.
    Пальцы мужчины осторожно прикоснулись к боку пса и погладили его. Пират на секунду перестал жевать, покосился на на человека, и снова заработал челюстями.
    - Ты доедай, а я ведро возьму. Пойдешь со мной на берег?
    К костру они подошли вдвоем.
    - Знакомьтесь. Пират, это Пепел. Пепел, это Пират, - представил Ильин друг другу своих новых знакомых.
    И сразу же пошел набирать воду в ведро. Ему хватило короткого взгляда на лица Пепла и Лаевского, чтобы понять: разговор у них состоялся. Был он наверняка не из простых. Но судя по тому, что оба в результате остались живы и здоровы, завершился вполне мирно. По крайней мере, без драки и кровопролития.
    Костер обиженно зашипел, когда в него из ведра полилась вода. Дан полюбовался  делом рук своих, потрепал по холке Пирата.
    - Между прочим, нас в  столовой ждут. Велено было явиться поужинать, прежде чем за работу браться. Пойдем? 
    Захочет Лаевский поговорить со мной наедине - найдет возможность. Хотя, вполне вероятно, что Пепел уже  сам рассказал ему о том, как я к нему в лодку  брякнулся. Хрен знает откуда. А может, и пересказал то, что я ему успел по ходу выложить о себе.

    40

    Иеремия только пожимает плечами. Пусть каждый цепляется за свои секреты, для него достаточно - пока что - личных интересов. Идея ужина ему сейчас и правда импонирует больше, чем попытки разобраться, как говорит Лаевский, в вопросах уставших людей, с которыми только что познакомился. Вряд ли это выйдет ему боком - интуиция молчит. Не сейчас, во всяком случае.
    - Что же, тогда поддерживаю идею.
    Пепел прячет выбитую трубку в карман и подбирает гитару. К ним уже подходит Дан в компании внушительного облика собаки - а если точнее, пса, которого представляет Пиратом.
    - Будем знакомы. - Спокойно говорит Йорик Пирату. Особого желания сводить тесное знакомство со стражем биостанции он пока что не испытывал - нужды, по сути, не было, пусть лучше животное привыкнет к его виду и запаху вот так, в компании Илая, который, видимо, у всех встречных умеет легко вызывать доверие. Свались Пеплу в лодку кто-то вроде Лаевского, он бы, пожалуй, до сих пор терзался паранойей, а вот этому странному человеку с военным прошлым доверился как-то легко и сразу, что при его-то состоянии - изрядный, как говорится, нонсенс.
    Дан тушит костер и также выдвигает предложение переместиться в столовую. Собственно да, пора бы.
    - Тогда идем.
    Пепел спокойно идет первым, показав спину механику. Разговор успокоил его, да и глупость это - после разговора, на глазах у Дана, который только что светился на биостанции... и, по чести, видимо, эта Грань и правда делала людей оптимистами. В то, что Лаевский не был особо откровенен, Пепел легко верит - но легко верит и в то, что теперь, во всяком случае, у него нет особых претензий, которые могут привести к битве.
    "Он сказал, что "койво" здесь мы все трое - и я, и он, и Дан... это надо запомнить, обдумать и обсудить с Даном. Кто знает, на что способен человек с таким взглядом, и на что способен на самом деле Дан, если у него и вправду амнезия и он чего-то не помнит".

    41

    На этом моменте удивительно вовремя появляется Дан с ведром и Пиратом. Тот деловито обнюхивает Пепла, а на Крайнца подчеркнуто не обращает внимания.  С Крайнцем у Пирата нейтралитет. Видно потому, что Тадеуш вообще недолюбливает животных. Хоть и живет в одном доме с котом. Но Яшка кот самостоятельный, лишний раз на глаза не попадается,  летом  является под крышу только поесть, а в остальное время живет, в основном, в башенке вместе с подопечным Крайнца. Словно чует, что терпение у главного кормильца не безгранично.
    Ужинать они идут вчетвером. Молча. Неизвестно, о чем думают остальные, а Крайнц прикидывает, как бы разговорить Дана. Уже скорее из желания узнать побольше, чем из приступа паранойи. Явились они не за ним, это ясно. А до прочего Тадеушу нет дела. И еще он думает, стоит ли сказать им, что попасть в Аркан легко, а вот уйти из него… за два года ему это так и не удалось. А ведь у него есть лоцман...
    - Наконец-то пришли! Садитесь  скорее за стол, стынет же все. Снова разогревать придется.
    Крайнц хмыкнул и отправился к рукомойнику ополоснуть руки и заодно отнести рюкзак к ангару. Порой очень хочется знать, что есть кто-то далекий от всяческих сложных материй и моральных дилемм. Например, повариха Тамара Андреевна, она же  Томочка, как ее все называли на биостанции.  Румяная пухленькая болтушка не имела никакого отношения к биологии, зато славилась умением стряпать из одного и того же набора незамысловатых продуктов отличные обеды и ужины. К тому же она развела во дворе станции небольшой огородик из опытных грядок, на которых официально проверялись семена новых сортов, а неофициально стараниями поварихи выращивался неплохой  добавок к столу порой  дневавших и ночевавших на станции биологов.  Томочка была замужем, супруг ее являлся ведущим научным специалистом биостанции и потому отсвет ее заботы о муже падал и на остальных сотрудников.
    Вот как сейчас. Она заботливо подсовывала мужчинам то котлету, то хлеб и круглые картошины, щедро посыпанные душистым укропом, то миску с салатом из накрошенной зелени, свежих молоденьких огурчиков и крутых яиц, приправленных запашистым  постным маслом.
    - Кушайте, Дан, кушайте. А вы… Пепел, да? Вот я вам еще положу  котлетку и картошечки, а то вы такой худенький. В вашем возрасте надо больше кушать, - повариха видела перед собой двадцатилетнего тощего парня в туристской одежде, а никак не потенциально опасного типа.
    - Тадеуш, вы как домой пойдете, возьмите с собой котлет и салат. Я вам в судок  положу. Для мальчика вашего. Скажете, от тети Томы, пусть угостится домашним.
    Томочка была единственной, кто называла Крайнца по имени. Невзирая  на его сопротивление. Крайнц медленно кивнул. На скулах набухли желваки. Это было последнее, чего он хотел – сообщить посторонним о том, что живет он не один.
    - Спасибо, Тамара Андреевна, - особой благодарности в его голосе не было.
    - Ой, что ж вы всё так официально. Томой зовите, как все.
    - И вы зовите меня так же как все. Лаевским,  - подчеркнуто спокойно отозвался Крайнц. Хотя внутри вспыхнуло бешенство. Из-за языкастой дурехи, которая походя  разбалтывает подробности чужой жизни.
    - Спасибо. Все было очень вкусно. Извините, мне надо работать, - диким усилием воли он положил, а не швырнул вилку на тарелку. И поднялся из-за стола.

    Отредактировано Тадеуш Крайнц (2015-03-16 09:08:21)

    42

    Появление  Пирата новые знакомые восприняли без особого энтузиазма. То ли  не любили собак, то ли просто именно этот экземпляр не пришелся по вкусу. Пес это явно чувствовал,  потому  шел рядом с Даном. И даже когда тот завернул к сараю, чтобы оставить там ведро, Пират потрусил за ним. Они быстро нагнали спутников, и в молчании вместе с ними дошли до столовой.  Дан с удовольствием прислушивался к ночным звукам: плеску воды, перешептыванию листьев, к треску  сверчков. Слышал он наверняка далеко не все - слух был нарушен, и только громкие звуки воспринимались наиболее отчетливо.
    В столовой их ждал роскошный ужин. Повариха мило щебетала, придвигала к Дану  салат, который тот ел так, что, наверное, за ушами трещало. Он уже успел забыть, как это вкусно: свежая зелень в комплекте с огурцами, яйцами и ароматным маслом. Наверное, с самого начала войны капитан Ильин не ел ничего подобного. Увлекшись едой и умиротворяющей женской болтовней, задумавшись о своем, он почти перестал обращать внимание на спутников. И только голос Лаевского заставил его снова прислушаться к тому, что говорилось за столом. Новый знакомый обратился к поварихе с ледяным спокойствием в голосе. Интонации были слишком хорошо знакомы и понятны Дану - они напоминали  короткое затишье перед бурей. Еще одно слово Томы - и механик, похоже, взорвется, обрушит волну гнева на простушку, которая, наверное, ляпнула что-то не то. Вроде бы, про какого-то мальчишку, нечто такое, что задело нового знакомого. Сильно, слишком сильно задело.
    Илай поднял глаза на женщину. Та непонимающе смотрела на встававшего из-за стола Лаевского. Похоже, она намеревалась что-то сказать ему, и Дан мгновенно сообразил, что должен помешать этому.
    - Тома, - он постарался обратиться  к  ней максимально мягко, - можно у вас попросить какое-нибудь хозяйственное мыло? Я бы брюки выстирал, может, они за ночь высохнут.
    - Не высохнут, - женщина перевела взгляд на него, покачала головой.
    - Влажность у нас большая, да и роса под утро выпадет. Мыло я вам принесу сейчас, вы стирайте, конечно. А я подберу что-нибудь из вещей мужа - их утром наденете.  Муж мой пониже вас ростом, но думаю, это не беда. Вам в них недолго надо будет походить. Днем на солнце ваши брюки быстро высохнут.
    - Спасибо, - совершенно искренне поблагодарил Илай женщину.
    - Мы с Пеплом сейчас пойдем помогать с ремонтом, а вы мыло оставьте где-нибудь возле сарая. И ложитесь отдыхать. Время-то позднее. Я утром вам его верну.
    Повариха улыбнулась  ему, и направилась в сторону кухни.
    Дан тоже встал из-за стола, едва заметно кивнул Пеплу.
    Надо будет спросить у него, что же я проворонил. Что Тома сказанула такое, из-за чего Лаевский так завелся.
    - Ну что, за дело? - спросил он  механика.
    - Пепел, ты готов? Поиграешь еще нам?
    - А мне вы не хотите поиграть, Пепел?
    Вернувшаяся с мылом в руках Тома, видимо, принадлежала к тому типу милых женщин с легким характером, которые не умеют долго помнить обиды. Или же просто она привыкла к перепадам настроения Лаевского и принимала их как должное, не пытаясь разбираться в причинах. Дан взял  мыльницу и еще раз поблагодарил женщину.

    43

    Ужин был обильным. Йорик давно отвык так питаться, и ел понемногу, опасаясь, что нутро взбунтуется, если ему вздумается лопать всё без разбора. А сердобольная повариха Тома только и знала, что увещевать и подкидывать то котлетку, то салатик... за превозмоганием всего этого гастрономического буйства Пепел едва не пропустил весьма напряженный разговор между всё той же Томой и Лаевским. Казалось бы, с чего беситься на столь мирное предложение? Ну да, если забыть о том, что факт наличия у Лаевского, видимо, сына, был с легкой руки Тамары раскрыт прямо перед двумя неблагонадежными иномирянами. Лаевский им всё еще не доверял, и это было понятно и даже по-своему логично, но вот то, что он так на это реагирует... то ли очень сильно привязан к "мальчику", то ли всерьез полагает его своим слабым местом. Или всё сразу.
    Тем временем, пока Дан пытался обзавестись мылом, а получил целые брюки, Иеремия побыстрее доел и допил всё, что было у него, прибрал посуду и приготовился подняться, когда Тамара озадачила уже его самого.
    - Я боюсь, ваш супруг будет против. Лучше приходите послушать к нам, если будет желание.
    Последнее добавлять, пожалуй, вовсе не следовало бы, но Йорик отчего-то не смог просто отмахнуться от добродушной стряпухи. Если уж ей так нужны его печальные песни... ну да и пусть. Всё равно, если что, Лаевский всё уже знает, по сути.
    - Спасибо вам, было очень вкусно. - Говорит он Томе на прощание.
    "Ну и всё" - думает Йорик - "паранойя не худший диагноз и всё такое, но пора бы".
    - Выдвигаемся?
    Пепел подбирает рюкзак и кофр, оставленные у лавки на время обеда, и встает из-за стола.

    44

    - За дело. Пойдемте, - Пепел слегка отстал, но это было и к лучшему. Тадеуш собирался поговорить с Даном один на один. Ничего секретного – теперь уже – в беседе не было, но начинать лучше без посторонних глаз.
    По дороге к ангару Крайнц слегка остыл и подумал, что должен потом извиниться перед поварихой. Он был вспыльчивым и если ему попадали по больному месту,  заводился с пол-оборота, но злопамятным не был. Хоть зла и не забывал. В конце концов, она хотела как лучше. А получилось как всегда, - сердито хмыкнул Тадеуш, еще не отойдя окончательно.
    В ангаре он щелкнул выключателем, осветив обширное помещение, содержащееся в относительном порядке. Во всяком случае, цементный пол был выметен, всяческий железный хлам, который деть некуда, а пригодиться может, не валялся кое-как, а был собран в кучу в углу. Инструменты, детали и все прочее, что могло понадобиться, разложено по полкам, коробкам и банкам или развешано по стенам. Завершала обстановку раскладушка, застеленная синим шерстяным одеялом и маленький столик со спиртовкой  и жестяным чайничком на нем. Порой Тадеуш ночевал прямо тут.
    Большую часть свободного пространства занимал катер с полуразобранным мотором, накрытый брезентом.
    - Проходите. Располагайтесь, - брякнувший железками рюкзак Крайнц поставил на верстак и начал переодеваться в рабочее. То есть сменил «целинку» на точно такую же спецовку, только покрытую множеством старых пятен разнообразной формы и происхождения. Вывести эти пятна даже такому чистюле как Крайнц оказалось не под силу.
    - Дан, пока вы искали ведро в сарае, я поговорил с Пеплом, - как о чем-то само собой разумеющемся говорит  Тадеуш, застегивая спецовку, - И он рассказал, что не местный, а  пришел сюда из… другого мира. С другой Грани. Я думаю, что и вы тоже сбились с курса вовсе не из-за тумана. Вы тоже пришли в Аркан с другой Грани. С третьей. И уже здесь встретились и познакомились с Пеплом. Верно?  - он смотрит в глаза Дану, спокойно и уверенно. Руки у него пусты. Даже не прихватил гаечный ключ потяжелее или ломик. 
    - Вы военный. Офицер, -  по осанке и повадкам Крайнц чует родственную душу, -  Не беспокойтесь, я не доносчик  и не соглядатай.  Я просто хочу убедиться, что и вы пришли сюда не с дурными намерениями.

    45

    Особист? Повадки уж больно похожи. Стелет мягко, да  спать, возможно, придется на жестких лагерных нарах. Хотя черт его знает, есть ли тут Особый отдел и все, что ему сопутствует.
    Ничего такого, что можно было бы пустить в ход в качестве оружия, у Лаевского в руках не было. До набора инструментов, лежавшем на небольшом верстаке, им было одинаково далеко. И не факт, что механик успел бы  добраться до него раньше Дана. При его -то, похоже, все-таки больной ноге.
    Ильин заставил себя не смотреть в сторону верстака. И попытался загнать куда-нибудь подальше вспыхнувшую подозрительность. Потому что если Пепел умел двигать лодку в любом направлении, не прикасаясь к ней, то нельзя было быть уверенным в том, что этот тип не читал сейчас его мысли. А если это было ему по силам, то и отпираться не стоило.
    - Угадали, - как можно более спокойно сказал Дан.
    - Военный, артиллерист. С другой Грани. Только я сюда не пришел. Ни пешком, ни на лодке. Свалился откуда-то с высоты в посудину  к Пеплу. Башкой приложился, парня чуть не утопил. Как, почему, откуда - не понимаю.
    В висках снова застучало. Илай потер ладонью лоб.
    - Вы, думаю, тоже военный. И наверное, тоже не с этой Грани. О моей, как оказалось, Пепел кое-что знает. А именно - песни. Те, что мы на фронте пели. 
    И тут вдруг Дана осенило. Он неожиданно понял причину того, почему Лаевский так вызверился на Тому.
    Да он ведь мальчишку перетащил  сюда с другой Грани. Или пацан - его? Как меня та девчонка  с моей... непонятно куда.
    - У нас ведь там война была. И откуда-то под обстрелом девчонка вдруг появилась. Чистенькая, домашняя такая. Явно не из землянки. Я ее прикрыл, чтобы не прилетело... и оказался в лодке у Пепла. С изрезанной рукой. Что в промежутке было - не знаю, не помню.
    Капитан в упор взглянул на Лаевского.
    - Вас ведь тоже ребенок откуда-то выдернул и сюда как-то перебросил? Тот, кому Тома гостинец хотела передать?

    46

    - С изрезанной рукой? Сегодня утром?  – Крайнц подчеркнуто пристально посмотрел на руки Дана, благо, рукава у рубашки были оторваны «с мясом» - нитки торчали. На   правой руке артиллериста красовалось  множество тонких красных шрамов. Тадеуш повидал много ран. И знал точно, что за неполные сутки так не зарастет даже неглубокая рана. Нельзя было исключить, что этот человек умел их заживлять. Как умеет это Матиуш.  Или такой способностью обладал Пепел.  А еще беспорядочное расположение рубцов наводило на мысль, что артиллериста таким образом пытали. Да хотя бы и ножом – что первое обычно попадается под руку.
    - Не слишком похоже на свежие порезы.  Говорите, упали в лодку? Наручников на вас не было, случайно?
    Конечно, о расположении точек входа  - выхода можно было рассуждать больше теоретически. Но падение – как любое падение вообще – свидетельствует  о потере контроля. Да и трудно представить, что перед пыткой его не зафиксировали бы. Сам бы Крайнц такой ошибки не допустил.
    - Я вам верю, - он и в самом деле верит. Потому что чувствует, что Дан не лжет. И про то, что не помнит кусок своей жизни – не лжет.  Возможно, Дан и не договаривает чего-то, но девочка была. И он закрыл ее собой. Наши поступки говорят за нас лучше намерений.
    - Вы тоже угадали. Я с другой Грани. Кадровый офицер. Был. Воевал. Но здесь я только механик. 
    Все чувства обострены. Точно так же, как и с Пеплом, Крайнц не сводит с собеседника глаз, стараясь предугадать малейшую угрозу. Слишком подчеркнуто тот не смотрит по сторонам.
    - У вас болит голова, Дан? Я умею снимать боль. Вы позволите помочь вам? – Крайнц делает  небольшой шаг к нему, выставив перед собой руки ладонями наружу. Демонстрируя отсутствие оружия и добрые намерения. Но так, чтобы оказаться между Даном и верстаком, на котором лежит  набор отверток и молоток. Он и вправду собирался лишь убрать ему головную боль.  Пока Дан не сказал про ребенка.
    Отлично, Крысолов. Твоя вспыльчивость в очередной раз свела на нет всю твою конспирацию. Хреновый ты профессионал, вовремя тебя из разведки убрали и отправили  с железками да детишками возиться. Отрицать очевидное не имеет смысла. Возможно, если бы он не взъелся на повариху, ее слова и остались бы незамеченными. Но… что теперь толку рассуждать.
    - Вы слегка ошиблись, Дан, - глядя на него точно так же в упор, говорит Тадеуш, -  Меня сюда не выдергивали. На эту Грань я пришел по собственной воле, спасая  четверых детей.   И еще я знаю, что обратного хода с этой Грани нет. С нее нельзя уйти.

    47

    Вот поди знай, что на уме у этого лекаря-доброхота. Может, и правда боль снимет, а может, натворит такое, из-за чего потом до конца жизни будешь слюни пускать и под себя ходить, как младенец.
    - Сейчас почти не болит,- попробовал отговориться Дан.
    - И наручников на мне не было. Веревкой кто-то обошелся. По рукам и ногам. Пепел ее разрезал. И руку какой-то дрянью полил. Ощущение такое было, будто  в костре оказался.
    Упомянув Пепла, Дан невольно покосился на дверь сарая.  В нее едва ощутимо тянуло табачным дымком - видимо, Пепел решил покурить на улице, справедливо рассудив, что внутри сарая этого ему делать не позволят. Из соображений техники безопасности.  Бензина наверняка здесь хватало.
    - Но затянулось все буквально через несколько часов. Пепел сам не поверил своим глазам, когда это увидел.  Стал спрашивать, всегда  ли на мне все так заживает. 
    Капитан дернул подбородком  влево, указывая на относительно старый шрам плече.
    - Вот откуда он взялся - не знаю. Не было его у меня, пока  ту девчонку не прикрыл.  В госпиталь попадал только один раз, когда  ногу осколками зацепило.
    Ильин буквально физически ощущал, как напряжен был Лаевский. Это ощущение усталостью давило на плечи.
    Это что же, он считает, будто я явился сюда, чтобы отобрать у него тех детей и свести с ним какие-то счеты? Не верит в то, что я ему рассказал?
    - Лаевский, - голос Дана звучал устало, - вам не надо опасаться нас с Пеплом. Я до сегодняшнего дня  точно знал, что живу на планете Земля, имеющей форму шара и вращающейся в космическом пространстве. Но то, что Пепел рассказал  о Гранях, поменяло все в корне. Все мои представления о мире. Самое главное, что в рассказанное им  невозможно не поверить. И мне кажется, что не может быть такого, чтобы вдруг какая-то Грань оказалась изолированной от остальных. Ерстка.
    Второй раз за день само собой выскочило это словечко, неизвестно как, где и от кого прилипшее к Дану. Даже не понимавшему его смысла.
    Закружилась голова. Ильин закрыл глаза.
    - Если мир - Кристалл, то с нее наверняка  все-таки можно уйти.  Если, конечно, это не специально устроенная кем-то ловушка. Вопрос только, для кого.
    Почему-то вспомнилась Зойка. Ее спокойная уверенность, с которой она разговаривала с незнакомыми мужчинами не самого мирного вида. Пожалуй, не могла быть ловушкой Грань, на которой дети точно знают, что ничего страшнее, чем разнос от папы за опоздание к ужину, с ними не случится.
    - Или для чего?

    48

    - Я вам верю, - повторил Тадеуш, - Но это не так просто – два года постоянно ждать визита… заинтересованных лиц, а потом так вдруг поверить двум  невесть откуда взявшимся койво, которых видишь впервые. 
    -  А ведь вы мне тоже не доверяете до конца,  Дан. Впрочем, я сказал Пеплу и скажу вам. В нашем положении паранойя – не самый худший диагноз,  - Крайнц   опустил руки и направился к своему рюкзаку. Спиной к артиллеристу постарался, правда, не поворачиваться.  Чтобы не выпускать из поля зрения. Внутрь рюкзака не полез, покопался в маленьком боковом кармане, вытащил початую бумажную упаковку таблеток.
    - Держите, - протянул ее Дану, - Это цитрамон. Местное обезболивающее. От головной боли помогает неплохо. Вода там, в чайнике. Можете сесть да хоть и на раскладушку. Или на табурет.
    - Порезы и веревки. Скорее всего, вас пытали пред тем, как вы очутились здесь. А шраму этому, - Крайнц кивнул на плечо Дана, - не больше, чем год-полтора. Вот и считайте, сколько вы помните, а сколько – не помните.
    Он расслабился. Совсем чуть-чуть, но уже  не было звенящего напряжения, когда в собеседнике видишь потенциального врага, а в каждом движении – угрозу.  Разговоры разговорами, а работать надо. Крайнц снял брезент с раскуроченного мотора, закатал рукава спецовки и сунулся внутрь, продолжая внимательно слушать Дана и следить за ним краем глаза.  Катер был старый и требовал постоянного присмотра и проверки – починки. На биостанции было два катера и по негласному распоряжению выходили они в море по очереди. На всякий случай.
    - Так вы знакомы с теорией Кристалла? – Крайнц отвернул сомнительную прокладку и слегка оживился, - Это хорошо, тогда вы поймете.  Семьдесят пять лет назад случилось… что-то. Местные называют это Катастрофой. Приморская область – четыре города, прилегающие территории до гор и участок моря оказались изолированы от остального мира. Остальной Грани. Попытки связаться с миром снаружи ни к чему не привели. Оттуда также не поступает никаких сигналов. Если поезд въезжает в туннель под горами – тут же выезжает обратно по параллельному пути. Корабль, подошедший к невидимой границе непонятно как – и сам собой – разворачивается обратно. То же и с машинами. Отправленные на разведку пешие  экспедиции бесследно пропали в горах.
    - Этот кусочек Грани похож на озеро. В него впадают ручьи,  но ни один ручей или речка из него не вытекают.  Или на трещину, - Тадеуш вспомнил обмолвки  Мая и Лето. Впрочем, ни тот, ни другой  не отвечали на расспросы.
    - Не знаю только, отделила   трещина Приморье от остальной Грани или это Аркан оказался внутри трещины… Уйти через переход также невозможно. Поверьте, я пытался. Два года. Вы знаете, что такое переход? – он все же решил, что прокладку следует заменить, - И если решили помогать, то давайте сюда ключ на двенадцать и присоединяйтесь.

    49

    - У человека, оказавшегося в моем положении, есть только два варианта восприятия того, что с ним случилось, -  усмехнулся Дан, принимая из рук Лаевского таблетки.
    - Либо поверить всему полностью, безоговорочно, либо частично, подвергая сомнению то, что он не может увидеть. В то, что вы назвали теорией Кристалла, мне пришлось поверить. Потому что я сам вижу, как отличается здешний мир от моего. Третий потенциально возможный вариант - полное неверие - не рассматривается, поскольку он в данном случае нежизнеспособен.
    На вкус таблетка оказалась не противной. Ильин запил ее тепловатой водой из чайника. Подал из Лаевскому ключ, прислушался. К сараю подошли две женщины - видимо, повариха Тома и лаборантка. Они принялись наперебой уговаривать Пепла поиграть, и тот, не особо сопротивляясь, начал снова настраивать гитару.
    Говорил же  ему, что сыро тут, струны быстро провисать будут.
    - А что касается того, что я вам не полностью доверяю, собственно, как и вы мне...
    Капитан выдержал поистине театральную паузу.
    - ... то наверняка это пройдет. Потому что возможность выхода с этой Грани, похоже, мы будем искать вместе.
    Таблетка почти сняла боль, и к Дану вернулась возможность абсолютно ясно мыслить.
    - В девяноста процентах случаев у всякой неприятности есть фамилия, имя и отчество. Потому что сами по себе они практически не случаются. А значит, есть кто-то или что-то, что прямо или косвенно способствовало происшествию. Вполне возможно, что это относится  и к Катастрофе, о которой вы рассказали. Десять процентов списываются на те факторы, которыми человек пока  не может управлять. На капризы природных стихий и на игры слепого случая.
    Треньканье настраиваемой гитары постепенно переходило в мелодию.
    - Получается, что меня год где-то носило, - безо всякого перехода проговорил Ильин, тщательно протирая ветошью место под новую прокладку.
    - Чертовски интересно было бы узнать, где именно. А то, что не помню ничего об этом... ну, видимо, башкой приложился слишком крепко. Не исключено, что еще кто-то дополнительно приложил. Может, потому-то и в плен попал, что без памяти свалился? Веревки, порезы - вы правы, скорее всего, меня действительно пытали.  Вот что узнать хотели... это не менее интересный вопрос. Знаете, Лаевский,  - Дан в упор взглянул на механика, - мне почему-то кажется, что вы с Пеплом могли бы мне в этом помочь. В смысле, как-то восстановить в памяти то, что из нее выпало. Глядишь, после этого я мог бы оказаться вам полезным. Хотя...
    Дан усмехнулся уголком рта.
    - И сейчас, пожалуй, от меня может быть польза. Например, в борьбе с этим движком. Как мне кажется, есть смысл прочистить инжектор. По-моему, он прилично засорен, и мотор барахлит в основном из-за этого.
    Ильин обвел взглядом стеллаж, уставленный каким-то банками и бутылками.
    - Давайте промывочную жидкость. И предлагаю на этом покончить со взаимной паранойей.
    Протягивать для пожатия руку Дан не стал: она была слишком грязной. Капитан просто широко и открыто улыбнулся Лаевскому.


    Вы здесь » Сказки и быль » Архив » Эхо минувших войн.


    Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC